Левиты

Какая, на ваш взгляд, фамилия, наиболее часто встречалась в паспортах советских евреев? Вопрос не такой простой, как кажется, это не Абрамович, и даже не Рабинович – самой распространенной еврейской фамилией в СССР была фамилия Левин. И если к ней приплюсовать всех, живущих на Земле Левитов, Левитанов, Левинсонов, Левицких, Леви, и других, отдаленных потомков третьего сына праотца Иакова, то она, вероятно, окажется самой массовой среди всех прочих еврейских фамилией. Но и это еще далеко не все потомки Леви, сюда, безусловно, следует добавить всех Коэнов, Канов, Кацев, Коганов, Кагановичей – сынов первосвященника Аарона, который тоже был выходцем из этого колена.

Почему их так много?

Фамилии в неэлитных слоях, к которым, естественно, относились и евреи, появились в 18-19 веках. Давались они, по большей части, по имени родителей, либо согласно профессии. Коэны и левиты были самой древней и самой почетной профессией в народе Израиля – это священники и служители Храма, чей статус изначально являлся наследственным по мужской линии.

После крушения Храма уважение к представителям этих профессий передались их потомкам – по сегодняшний день, во время молитвы, они произносят особые благословения и первыми вызываются к чтению Торы. Поэтому связи с предками в таких семьях отслеживали всегда, и, получая фамилии, не зависимо от рода занятий, предпочитали именно эти. Кстати сегодня, они уже далеко не всегда соответствуют статусу коэна или левита.

Каким же образом возникло в народе столь многочисленное, приобщенное к святости сословие? Давайте обратимся к истории.

Времена патриархов

Леви был третьим сыном Иакова от его первой жены Леи. Однажды сын царя Шхема обесчестил их сестру Дину и, решив на ней жениться, начал переговоры с Иаковом. Леви с братом Шимоном отомстили за это с изощренным коварством и крайней жестокостью. Убийство ни в чем неповинных жителей Шхема, разорение и разграбление города навлекли на них гнев отца. Перед смертью он предсказал сыновьям, что их потомки будут разделены между собой и рассеяны в народе Израиля.

Египетское рабство

Как утверждает Мидраш, после смерти Йосефа фараон издал указ, запрещающий обрезание. Евреи вынуждены были подчиниться, но левиты, несмотря на возможные последствия, продолжали соблюдать эту заповедь. Когда же фараон призвал евреев принять участие в строительстве городов, Питом и Рамсес, левиты просто не явились – сослались на занятость. Фараон не придал этому значения, в результате, они оставались свободными вплоть до выхода из Египта. И в окончание этого периода, именно колено Леви дало народу вождей – Моше и Аарона, которые вывели его из рабства.

В пустыне

На сороковой день после того, как Моше поднялся на гору Синай, у людей возникли сомнения в том, что он вообще вернется. Они потребовали от Аарона создать для них божество, и вынудили отлить золотого тельца. Возвратившись и обнаружив идола, Моше разбил полученные на горе скрижали, затем обратился к народу: «Кто за Господа, ко мне!» На призыв откликнулись только левиты. Моше приказал им убивать всех, пляшущих вокруг тельца евреев, независимо от того, близкий это или чужой.

За верность Всевышнему потомки Леви были избраны для служения в Скинии. Аарон и его потомки стали коэнами – священнослужителями, приносившими жертвы. В обязанности левитов входили прочие, связанные с этим, обязанности. Они готовили жертвенных животных, помогали в омовении коэнам, были певчими, музыкантами, стражниками, казначеями, несли Скинию и Ковчег во время переходов. И, поскольку, они к тому времени уже исчислялись десятками тысяч, была выстроена очередность их служения в течение года.

Эпоха Первого Храма

При разделе Ханаана колено Леви не получило собственного надела. Для проживания им определили 48 городов, вокруг которых, в землях других колен, для них были выделены небольшие участки. После построения Храма их функции мало в чем изменились. Коэны по-прежнему оставались священниками, а левиты, кроме работ в Храме, служили в различных структурах государства и занимались обучением народа.

Левиты получали за свою службу от израильтян десятину их урожая, из которой, в свою очередь, десятую часть отдавали коэнам. Этот налог после смерти Шломо стал камнем преткновения в споре его сына Рехавама с Иеровамом – споре, который стал причиной раздела страны. Став царем северного царства, Иеровоам изгнал оттуда левитов, и в нем широко начали распространяться языческие культы. Спустя два столетия, оно пало под ударами ассирийских войск, а населявшие его десять израильских колен, были угнаны в плен и рассеяны по миру.

Эпоха Второго Храма

После возвращения из вавилонского плена, на развалинах Храма возобновили жертвоприношения. В последующие десятилетия в строительстве Храма и государства, коэны и левиты приняли самое активное участие. Впоследствии в стране установилась теократическая монархия – вся власть была сконцентрирована в руках первосвященника, а сам титул стал наследственным. В его окружении сложилась элита из приближенных коэнов. Именно они в период греческого правления, отойдя от путей Торы, стали ярыми сторонниками эллинизации, что вызвало народное восстание.

При Хасмонеях эклизарх был одновременно первосвященником. Вокруг него, опять же, сложился элитный класс. Это седукеи, признававшие исключительно открытые тексты Торы. Постепенно духовная власть от них перешла к фарисеям – мудрецам из народа, раскрывавшим ее скрытые смыслы. Среди них было много простых коэнов и левитов. В период правления Ирода и диктата Рима, должность первосвященника начала продаваться за большие взятки. Во время антиримского восстания зелоты изгнали коэнов-аристократов. Первосвященником стал рядовой коэн, каменотес по профессии, Пинхас бен Шмуэль – последний первосвященник Второго Храма.

Все познается в сравнении

Как видим, служители Храма из колена Леви, у которых наличие праведности предполагалось изначально, согласно их статуса, далеко не всегда выглядели ангелами, и, на первый взгляд, были обычными людьми, со всеми присущими им достоинствами и недостатками.

И это вполне правомерно – так устроен мир. Он не может существовать без наличия противоречий, и в нем никогда не поймешь вкус сладкого, не попробовав горького. Святость здесь, отнюдь, не исключение – невозможно стать праведником, не испытав скверны. «Не согрешишь, не покаешься» – так об этом говорит народная мудрость.

И, тем не менее, колено левитов, все же в чем-то выделялось, среди остальных колен народа Израиля.

Кто такие левиты?

Как народ Израиля не значится в числе народов мира, так и колено Леви не было исчислено среди прочих колен. «И говорил Бог, обращаясь к Моше, так: «Только колено Леви не считай и исчисления им не производи среди сынов Израиля» (Бемидбар 1:48). И как народ Израиля был избран вести человечество к его совершенству, так потомкам Леви было предназначено быть первопроходцами в народе Израиля.

Все необходимое, без ограничений, Творец отдает своим творениям, и соответственно с этим, левиты должны были отдавать народу все, что получали свыше. Поэтому они не имели своего удела в Святой Земле, а жили в разных местах, осуществляя связь между коленами и служа народу как священники, судьи и учителя. Во все времена и во всех перипетиях, которые народ переживал, они вели его путями Торы и готовили к главному его предназначению – стать народом священников для остальных народов мира.

И в заключении

Тора рассказывает нам прежде всего о внутренних свойствах человека и той духовной работе, которую человек должен произвести над собой. В этом аспекте понятие «левиты»- это желания человека, уже очищенные от эгоизма и готовые к отдаче ближнему.

Человечеству же сегодня тоже требуется смена социальных и общественных отношений. Господствующее в мире желание улучшить свое благополучие за счет других, должно смениться на заботу друг о друге и взаимную отдачу.

Такова цель программы Творения – мир должен стать ближе к Творцу, к его свойству отдачи, и наша обязанность реализовать эту программу. Для этого нам необходимо выстроить такие свойства внутри себя и отношения внутри своего народа, чтобы затем их в готовом виде передать всему человечеству.

С. Шойхет

Левиты (לוײם, Λευϊτι) — греческая форма названия членов Левиина колена. В Библии это колено называется или просто לוי (Иезек., 48, 31; чаще הלוי, Числ., 18, 23; 26, 57; Мал., 2, 8; שבט הלוי, Втор., 10, 8; И. Хрон., 23, 14; דני הלוי, Нехем., 10, 40; דית הלוי — параллельно с דית אהדן, Псалм., 135, 20), или דני לוי (Исх., 32, 26), или, наконец, לוװם (напр. Чис., 1, 47; Иош., 14, 3). Согласно Библии, Л. происходили от Леви (см.). От трех сыновей последнего, Гершона, Кегата и Мерари, образовались уже в Египте три рода, причем от Амрама, старшего сына Кегата, родились Аарон, родоначальник семейства священников (см. Аарониды), и Моисей. Это колено было самое малочисленное: число мужчин 30—50 лет составляло во втором году после исхода евреев из Египта только 8.580 (Числ., 4, 48), а считая с месячного возраста — 22.000 (ib., 3,39); при второй народной переписи в сороковом году по исходе было 23.000 мужчин, считая с месячного возраста (ib., 26, 62). При исходе из Египта Левиино колено ничем не отличалось от прочих. В проекте судебной организации, преподанной Моисею Итро (Исх., 18, 19—23), Л. не отведена никакая функция. При заключении союза между Богом и Израилем у Синая Л. тоже не играли никакой роли; жертвоприношения на алтаре, воздвигнутом у подошвы священной горы, совершали юноши из всех колен (Исх., 24, 5). Впервые о Л. говорится в известном рассказе о столкновении Моисея с израильтянами по поводу золотого тельца. На призыв Моисея «кто за Господа, ко мне!» откликнулись одни только Л., и по приказанию Моисея они истребили всех поклонявшихся золотому тельцу (ib., 32, 27,28). За это Моисей посвятил их Богу, что, может быть, следует понимать, как обещание лишь на будущее время. Однако, при установке скинии и посвящении Аарона и его сыновей на священническую службу Л. не участвовали (ib., 40, 1 и сл.; Лев., 8, 1—10), и законы, данные тогда Моисею и относящиеся, главным образом, к жертвоприношениям и вообще к службе при центральном святилище, не упоминают Л. (за исключением закона о продаже домов в городах Л.; Лев., 25, 32 и сл.). Только с начала второго года по исходе из Египта (т. е. начиная с кн. Чисел) Л. выделяются из среды израильского народа. При первой народной переписи Л. были исчислены не вместе со всеми, а отдельно (Числ., 1, 47; 2, 33; 3, 15 и сл.). Тогда же Бог повелел избрать Левиино колено для служения Аарону и всей общине при скинии и поручить им хранение всех вещей святилища. Л. избираются Богом на службу взамен первенцев, которых раньше Бог посвятил себе за чудесное избавление от смерти при истреблении египетских первенцев (ib., 3, 11—13; ср. Исх., 13, 11—15). Это замещение произошло следующим образом: сравнили число Л. в возрасте от одного месяца с числом первенцев из прочих колен, и когда последних оказалось больше на 273, этот остаток выкупили по 5 сиклей за человека (деньги были отданы Аарону и его сыновьям). Скот Л. тоже был отдан Богу вместо первородного скота израильтян (см. Чис., 3, 40—51). Тогда совершили посвящение Л. (טהד, а не קדש, как при посвящении Аарона и его сыновей, напр. Исх., 29, 1; 30, 30; 40, 13), состоявшее в том, что окропили их очистительной водой, затем они обрили все свое тело и вымыли свою одежду; после этого их привел Моисей «перед Господом», и старейшины возложили свои руки на их головы, и Аарон совершил «поднятие» (תנופה) Левитов перед Господом, т. е., вероятно, провел их туда и обратно перед скинией собрания; церемония эта сопровождалась также жертвоприношениями (Чис., 8, 5—22). После этого Л. вступили в исполнение своих обязанностей. Служба их ограничивалась скинией собрания (אהל מועד); к жертвеннику и ко всему, что находилось внутри скинии, они под страхом смерти, угрожавшей как им, так и священникам, не могли приближаться (ib., 18, 3). Только при перенесении передвижного святилища во время странствования Л.-ми из рода Кегат переносилась на плечах завернутая предварительно Ааронидами священная утварь, как то: ковчег, стол, семисвечник с принадлежностями, жертвенники (золотой и медный со всеми сосудами). Это была прерогатива Кегатидов, ближайших родственников священников (см. ib., 4, 1—20; ср. 7, 9), тогда как остальные Л. перевозили на повозках составные части шатра: Гершониды — покрывала, занавеси и завесы, а Мерариды — деревянные части скинии, как то: брусья, столбы, колья и пр. (ib., 4, 21—33). Различие между Кегатидами и другими Л. состояло также в том, что первые находились под начальством Элеазара (ср. ib., 3, 29—32; 4, 2—16), наследника первосвященства, а над остальными главенствовал Итамар (ib., 4, 28, 33). Все Л. стояли станом непосредственно вокруг скинии: Кегатиды к югу, Гершониды к западу и Мерариды к северу, а на восточной стороне перед скинией находились Моисей и Аарон и его сыновья (ib., 3, 23, 29, 35, 38). Во время стоянки каждый левитский род охранял те принадлежности и составные части святилища, которые во время странствования переносил (ib., 3, 25, 26, 31, 36, 37). В чем состояла служба Л. по отношению к священникам и общине (ib., 3, 6, 7; 16, 9) — не сказано, но надо полагать, что при жертвоприношениях они исполняли разные технические работы (см. Тамид, 26б). Срок службы Л. начинался, по Чис., 4, 3, с 30-летнего возраста; по 8, 23 — от 25 лет; это противоречие устраняется Талмудом (Хул., 24а) указанием на то, что первые пять лет были посвящены подготовке, тогда как с 30 лет начиналась действительная служба. Предельным возрастом считается 50 лет (ib., 4, 3; 8, 25). Как постоянный доход назначается десятина (מעשד) от хлебов и плодов (ib., 18, 21—24), из которой Л., со своей стороны, должны отдавать десятую часть священникам (תדומת מעשד ; ib., 18, 26—28). При победе израильтян над мидианитянами Л. получили также часть добычи (ib., 31, 30, 47); впоследствии персидские цари освободили их, как и других храмовых служителей, от податей и налогов (Эзр., 7, 24). Кроме того, Л-м были назначены для жительства в уделах остальных колен — 48 городов с выгоном (מגדש) у каждого города (в 2000 квадр. локтей, в расстоянии 1000 локтей от города) для скота.

В эти 48 городов включены 6 городов, назначенных незлонамеренным убийцам для убежища (Чис., 35). Выполнение этого повеления описывается в кн. Иош. (гл. 20), где эти города перечислены и где (гл. 21, 4) сообщается, что 13 из этих городов (в уделах Иуды, Симона и Вениамина) отданы были ааронидам (ср. И Хрон., 6, 42—46). Что Л. не были довольны своим подчиненным положением по отношению к ааронидам, видно из факта восстания Кораха и его сообщества (см. Корах). Но страшная кара, постигшая восставших, и чудесное возвещение о священничестве Аарона и его потомства (расцвет жезла Аарона) положили конец посягательствам Л. (см. Чис., 17). Во Второзаконии Моисей многократно убеждал израильтян поддерживать Л. (напр. 12, 12, 19; 14, 29). Новая организация и функции были приданы Л., согласно Хронике, царем Давидом. В его время ковчег был перенесен в Иерусалим и начались подготовительные работы для постройки храма. Служба Л. по перенесению святилища с места на место, таким образом, прекратилась, и Давид реорганизовал Л. и установил для них новые, более соответственные функции. С тех пор различались следующие классы Л.: 1) Певцы или музыканты (משודדים), главы которых, Кегатид Геман, Гершонид Асаф и Мерарид Этан или Иедитун, фигурировали уже в этой новой роли при перенесении ковчега из дома Обед-Эдома в Сион (ср. И. Хрон., 15, 16 — 16, 42), между тем как при первоначальном перенесении ковчега из Кириат-Иеарима в Иерусалим пение и музыка исполнялись самим Давидом и другими израильтянами (II Сам., 6, 5; I Хрон., 13, 8). Под руководительством этих трех лиц находились позже 24 класса певцов (ср. I Хрон., гл. 25); число Л., назначенных на певческую службу, составляло во время Давида — 4.000 (ib., 23, 5), из них 288 (24 отделения из 12-ти чел. каждое) составляли собственно оркестр (см. ib., 25, 1—31). — 2) Помощники священников «для заведования (לנצה) работой в доме Господнем» (ib., 23, 4); они помогали ааронидам в служении, охраняли дворы и храмовые помещения, смотрели за ритуальной чистотой храмовых запасов и приготовляли священное печенье (ib., 23, 28—32). Давид назначил для этой службы 24.000 чел. (ib., 23, 4). Весьма возможно, что эти помощники, с своей стороны, состояли из 24 классов соответственно 24 классам священников (ib., 241—19), как то сообщает Иос. Флавий («Древн.», VII, 14, 7), и что они, подобно священникам, сменяли друг друга в очередной службе — хотя список этих классов не полон и не ясен (ibidem, 23, 6—23; 24, 24, 20—21). К этому разряду принадлежали, как видно, также заведовавшие храмовыми сокровищами (ib., 26, 20, 22). — 3) Привратники (שיעדים): они принадлежали к трем фамилиям: Кораха (стояли на постах к северу и к востоку), Обед-Эдома (к югу) и Хоса (к западу). Эти три фамилии (первая из рода Кегата; вторые две из рода Мерари) охраняли 24 поста вокруг храма (ib., 26, 1—19). Во время Давида привратников было 4000 (ib., 23, 5). — 4) Пристава и судьи (ים): из рода Кегат, из семейств Иицгар и Хеброн. Они исполняли свои обязанности вне храма и большей частью вне Иерусалима и, по выражению хрониста, были определены «как по (всем) делам Божиим, так и по делам царя» (ib., 26, 29—32). Число их во время Давида достигало 6000 (ib., 23, 4). Срок службы начинался с 20-ти лет (ib., 23, 24, ср., однако, ib., 23, 3). Согласно Хронике, эта организация существовала во все время первого храма и также после возвращения из Вавилона. — Верность Л. Господу проявилась, согласно Хронике, в царствование праведного Иегошафата. Комиссия, посланная с книгой Закона, чтобы обучать народ, состояла из пяти князей, девяти Л. и двух священников (о роли Л. в деле воспитания и обучения вообще см.). В учрежденном этим же царем в Иерусалиме верховном суде заседали Л., священники и главы семейств; первосвященник Амария был главой по духовным делам, Зебадия по светским, Л. были приставами (II Хрон., 17, 7—9; 19, 5—11). При царе Иоаше первосвященник Иегояда возобновил Давидовы учреждения (II Хрон., 23, 18, 19). Позже по приказу этого царя Л. и священники объезжали города Иудеи для сбора денег на ремонт храма и для взыскания установленного Моисеем налога (משאת םשה). Денежный ящик поручался Л. (ср. II Хрон., 24, 5—11). При царе Хизкии, который вновь организовал приток доходов для священников и Л., построив особые кельи при храме для хранения приносимых народом десятин и других добровольных и обязательных приношений, — как главный начальник (נגיד), так и смотрители (פאדים) назначались из Л. (ib., 31, 4—15). При торжественном возобновлении культа во вновь открытом храме Л. принимали большое участие и превзошли священников как числом, так и рвением по службе (ib., 29, 34). При праздновании Пасхи, которое надо было тогда отправлять месяцем позже установленного срока вследствие того, что число освятившихся священников не было достаточно, Л. закалывали пасхальных агнцев для израильтян (см.). При реставрации храма (при Иошии) Л. также принимали деятельное участие: они собирали деньги не только у иудеев, но и у оставшихся в областях бывшего эфраимского царства (10-ти колен); над работниками были поставлены Л. из Мераридов и Кегатидов; упоминаются Л. музыканты, также писцы (в первый раз), пристава и привратники (ib., 34, 13). При праздновании Пасхи Л. по приказанию Иошии поставили ковчег в храм (раньше, как видно, его удалили оттуда) и распределились по классам, установленным Давидом. Начальники Л. подарили своим собратьям по колену нужный скот для жертв. Судя по числу подаренного скота, левитов было вдвое больше, чем священников. При последних иуд. царях Л., как видно, были вовлечены в идолопоклонство и отправляли языческие культы. Это можно заключить из слов Иезекиила (44, 10—14). Место Л. занимали тогда, как явствует из его же слов (ib., 44, 7, 8), инородцы, «не обрезанные ни сердцем, ни плотью», а Л. исполняли функцию священников в языческих капищах. В наказание за это отпадение от Бога пророк предоставляет Л. второстепенную служебную роль в будущем храме, что будет считаться для них позором (ib., 44, 13). В предполагаемом распределении земли на уделы Иезекиил отводит Л. участок длиной в 25.000 локтей и шириной в 10.000 локтей и 20 помещений при храме (ib., 45, 5). — В списках возвратившихся из Вавилона впервые встречаем рядом с Л. два новых класса храмовых служителей: «нетиним» («подданные») и «потомки рабов Соломона» (דני עבדי שלמה); о первых говорится в Эзре, 8, 20, что «Давид и его сановники назначили (נתנו) их для храмовой службы» (см. однако Нетиним), вторые, как видно, были потомками военнопленных, которых Соломон отдал для службы при храме. Сами Л. делятся на 3 класса: Левиты, певцы и привратники (ср. Эзр. 2, 40—43; Hex. 7, 6—60). В этом делении Л. называются те, которые должны были заведовать всей хозяйственной частью храма (ср. I Хрон., 9, 28—32). По своему числу они значительно уступали священникам: число возвратившихся священников было 4289, а Л. только 74, кроме 124 (по Hex. 148) певцов и 139 (по Hex. 138) привратников (всего значит 360). Во второй партии, которая возвратилась из Вавилона под предводительством Эзры, среди 1396 израильтян не было ни одного Л., и только после долгих хлопот к ним присоединились 38 Л. вместе с 220 нетиним. Согласно талмудической традиции, Эзра наказал Л. за такое пренебрежительное отношение к реставрации храма и страны тем, что отнял у них десятину и предназначил ее для священников. О Л. во время второго храма мы знаем немного. По Мишне Мидд. I, 1 сл., стража вокруг второго храма была расставлена в 24 местах (ср. Тамид, I, 1), из которых 21 было поручено Л., а 3 священникам. Стража находилась под начальством особого смотрителя (איש הד הבית), который ночью обходил посты; того стражника, которого заставал спящим, он бил (даже мог поджечь ему одежду). Играющие на флейте (חליל) были, по мнению одних, рабы священников, по мнению других — из родовитых мирских семейств, а по мнению третьих — Л. Что касается певцов, то в качестве таковых выступали только Л. (ср. Эрах., II, 3—6; Там., VII, 4; Сукк., V, 4; Биккур., III, 4, 2) Во время Агриппы II левитские музыканты выхлопотали себе у синедриона разрешение носить одежду из белой льняной материи (Флав., «Древн.», XX, 9, 6). — Л. по Библии не имеют никакой особой одежды, но, согласно Хронике, при торжественных случаях они носили белую льняную — בץ — одежду (ср. I Хрон., 15, 27; II Хрон., 5, 12). С разрушением второго храма Л., как и священники, потеряли свое значение, хотя в первое время, пока евреи жили в Палестине, они продолжали получать десятину, и даже в настоящее время они еще пользуются в синагогальных ритах известными преимуществами. Л-ми считаются обыкновенно потомки фамилии Эпштейн, Ландау и др.; фамилия Леви не всегда означает принадлежность данного лица к Л., скорее на это указывает, как утверждают некоторые, фамилия Галеви. Аббревиатура םג״ל, которую прибавляют некоторые Л. к своей фамилии, основана на мидрашитском толковании Исх., 19, 5, по которому под словом םגלה подразумеваются Л. .

Мнение критической школы. Начиная с Графа, Рейса и Велльгаузена, библейские критики радикально изменяют представление о ходе развития истории Л. Прежде всего они отрицают всякую историческую достоверность за сообщениями хрониста о Л. за все время существования первого храма. По их мнению, хронист был сам Л. и поэтому он тенденциозно подчеркивает значение Л. и древность их организации. На самом же деле, по мнению критиков, сообщение хрониста о Л. отражает только современные ему, хронисту, обстоятельства и условия жизни его собратьев по колену. В подтверждение своего мнения они указывают на то, что в исторических книгах (Суд., Царст.) Л. очень редко упоминаются и об участии их в культе и в народной жизни почти ничего не сообщается. Как на особенно яркий пример они ссылаются на параллельные рассказы о низвержении царицы Аталии, во II Цар., 11, и в II Хрон., 23. В кн. Цар. главными соучастниками Иегояды в перевороте являются царские сановники и телохранители; а в изложении хрониста их место занимают священники и, главным образом, Л. Ho хронист мог заимствовать свое сообщение из какого-нибудь другого древнего источника. Далее, библейские критики из исторических книг вычеркивают, как позднейшие вставки, следующие места, в которых говорится о Л.: I Сам. 6, 15; II Сам., 15, 24 (слова ובל הלוים אתו); I Цар., 8, 3б — 4; 12, 316. Таким образом, об участии Л. в культе, по их мнению, ничего не сообщается в историч. книгах (за исключением Суд., 17, 7, 13 и сл., о чем ниже). Остается только свидетельство пророка Иезекиила (44, 10—14) о том, что Л. служили народу в языческих культах, что критики распространяют на все историческое время. На этом основании они рисуют историю Л. в следующем виде: до реформы Иошии Л. были законными священниками при местных культах (במית); второстепенных же по отношению к священникам храмовых служителей совсем не было. Когда же Иошия провел свою радикальную религиозную реформу, главною целью которой было уничтожение местных культов и провозглашение иерусалимского храма как единственного законного места для жертвоприношения, священники уничтоженных капищ (בהני הבמות) были уведены в Иерусалим и назначены на второстепенные службы при храме (ср. II Цар., 23, 8, 9). На эту деградацию бывших местных священников и намекает Иезекиил, который считает это наказанием за их прежнюю богопротивную службу при местных капищах. При этом критики упускают из вида, что Иезекиил говорит о наказании их в будущем, а не о наказании, которому они уже подверглись во время реформы Иошии. Правда, критики полагают, что во время, непосредственно следовавшее после реформы, еще не была проведена резкая грань между священниками и Л. (т. е. бывшими местными священниками) и что Иезекиил первый сделал попытку полной деградации Л., а священнический кодекс (PC) под влиянием Иезекиила представляет это резкое разграничение как бы существовавшим уже со времен Моисея. Но это мнение противоречит прямому смыслу II Цар., 23, 9, откуда ясно видно, что жрецы капищ (т. е. позднейшие Л., по мнению критиков) были сейчас же поставлены на второстепенное место в сравнении с законными священниками. Кроме того, выражение הבהגים הוים, встречающееся несколько раз во Второзаконии, напр. 17, 9, 18; 18, 1 и у Иезекиила (43, 19; 44, 15) и в других книгах, предполагает, что были священники и не из колена Л., что подтверждает подлинность текста I Цар., 12, 31. Отсюда ясно, что уже с давних времен законными священниками считались те, которые принадлежали Левииному колену (см. также Суд., 17, 13), и также ясно, что эти священники относились ко всему колену как часть к целому и что, следовательно, второстепенная роль Л. по отношению к cвященникам не явилась только следствием реформы Иошии. Слова Иезекиила можно толковать в том смысле, что в наказание за увлечение Л. идолопоклонством их второстепенная роль и в будущем не будет отменена. Затем мнение критиков, что между Л. — храмовыми служителями и Леви, напавшим на сихемлян, нет ничего общего, не обосновано. Предсмертные слова Якова (Быт., 49, 5—7) потому не упоминают о служебном значении Л., что имеют целью обосновать их безземельность, рассеянность среди других колен, и так как вследствие этой тенденции изречение Якова должно было принять характер проклятия, то оно не могло коснуться их положения в культе, которое во всяком случае являлось привилегированным в сравнении с остальными коленами. — Ср.: W. Vatke, Die Religion des Alte Testaments, 1835; Graf, в Archiv f. wissensch Erforsch, d. A. T. (изд. Merx), 1866, 68—106; I. Wellhausen, Prolegomena zur. Gesch. Isr. (им. русс. перев.); D. Hoffmann, в Magazin für Wiss. der Judent., 1879; PRE., II, 417 и сл.; Riehm, HBA, I, 922 и сл.; J. E., VIII, 49 и сл.; Ed. Meyer, Die Israeliten u. ihre Nachbarstämme, 1906, passim.

А. С. Каменецкий.‎1.

Левиты (Исх. IV, 14). Под сим наименованием, говоря вообще, разумеются все потомки Левия; но по отделении одного семейства колена Левина, для отправления священнических обязанностей, члены оного начали отличаться названием и обязанностями от других своих собратий. Посему-то мы и встречаем следующее выражение: священники и левиты (III Цар. VIII, 4, Ин. I, 19). В особенной связи с означенным племенем вся политическая деятельность евреев приняла ту отличительную форму, в которой она проявилась с большей или меньшей точностью в продолжение всего длинного периода их национальной истории.

Обстоятельства, при которых совершилось учреждение священников и левитов, подробно описаны в кн. Исход (Исх.XXXII, 25–29). Когда Моисей сошел со скрижалями с горы Синай и увидел идолопоклонство евреев, совершаемое ими перед золотым тельцом, он встал в воротах стана, и сказал: Кто Господень, иди ко мне. На это призвание немедленно откликнулось колено Левия, колено из которого происходил он сам: и собрались к нему все сыны Левиины (Исх. XXXII, 26), говорит свящ. бытописатель. Он приказал им начать немедленное поражение всех участвовавших в идолослужении перед золотым тельцом, и пало в тот день из народа около трех тысяч человек (ст. 28). При этом, конечно, не было сделано никакого намека на высокую награду, ожидавшую их за религиозную ревность; но вскоре затем, когда оказалось необходимым ввести определенное служение в Скинии и религиозное воспитание народа, колено Левиино нарочито было избрано на сие высокое дело.

В кн. Числ. подробно изображены все постановления как касательно их исчисления, так и относительно обязанностей, лежащих на них (гл. III). Все колено Левиино было отдано в распоряжение Аарона и его сыновей. Господь так сказал при сем Моисею: в тот день, когда поразил Я всех первенцев в земле Египетской, освятил Я Себе всех первенцев Израилевых от человека до скота; они должны быть Мои. И вот Я взял левитов из сынов Израильских, вместо всех первенцев, разверзающих ложесна из сынов Израилевых. Левиты должны быть Мои (Чис. III, 5–13). По особенному указанию Божию, они приведены были перед Скинию, при собрании всего народа, были омыты водою, очищены жертвами и по возложении на них рук со стороны прочих израильтян, переданы Аарону и Аароном представлены и посвящены Господу. Одно только семейство Аарона из колена Левиина было отделено для отправления священнических обязанностей; прочим же потомкам Левия, с трояким разделением их на гирсонян, мераритян, каафян, названных так по имени трех сыновей Левия, были назначены особенные должности и отведено отдельное место в стане (ст. 23–37).

Главными обязанностями левитов были следующие: помогать священникам в служении первоначально в Скинии, а потом в храме; когда израильтяне переходили с места на место, они должны были разбирать Скинию, переносить различные части оной и снова устанавливать ее, носить свящ. сосуды, музыкальные инструменты и проч. Каафяне имели наблюдение за Ковчегом завета и свящ. сосудами (ст. 29–31); герсоняне и мераритяне разделяли между собою прочие обязанности по особому назначению. Стан в пустыне располагался с трех сторон Скинии. Но когда евреи оседло поселились в земле Ханаанской и Скиния была установлена в определенном месте, колену Левиину отвели для их жительства 48 городов, в числе которых 13 были назначены для священников. Города левитам назначались и в уделах прочих колен, с целью распространения их по всей стране, для удобнейшего расширения религиозного знания и влияния их между всем народом (Чис. XXXV, 18, Нав. XXI, 20–42).

Служение в Скинии производилось левитами поочередно. Городами убежища назначены пять из левитских и один из священнич. городов. На содержание левитам, освобожденным от исполнения других каких обязанностей, были назначены десятины со всех произведений, из которых, впрочем, они в свою очередь отдавали десятую часть священникам (Чис. XVIII, 20–29).

По водворении евреев в земле Ханаанской и во времена Судей мы находим только случайные указания на левитов, именно до самого времени учреждения у евреев монархического образа правления. Но вот при торжественном восстановлении общественного богослужения, при Давиде, левиты снова являются с своим исключительно выдающимся церковным характером (I Пар. XV, 2, 27). К концу царствования Давида численность левитов простиралась до 38000 человек, от тридцати лет и выше (I Пар. XXIII, 3), и из них назначены для дела в Деме Господнем двадцать четыре тысячи, как свидетельствует о том свящ. историк II кн. Пар. (II Пар.XXIII, 4).

Все они были разделены Давидом на особые чреды по именам сынов Левия: Гирсона, Каафа и Мерари, по тысяче в каждой чреде. Другая часть левитов была отделена, по словам священного историка, на то, чтобы провещевать на цитрах, псалтирях и кимвалах, и они были отчислены на дело своего служения, в количестве 288 человек (II Пар.XXV, 7). Остальная часть левитов имела своей обязанностью отворять и затворять двери храма (II Пар.XXVI, 1–19), охранять храм от входа в оный людей почему-либо нечистых (II Пар. XXIII, 19). Шесть тысяч из них были назначены писцами и судьями (I Пар. XXIII, 4). Остальные имели своей обязанностью смотреть за свящ. сокровищами (I Пар. XXVI, 20–28). Таким образом, все колено Левиино тем или другим путем вообще было занято делами, или прямо относящимися к храму и богослужению, или определено к важнейшим делам гражданской администрации (I Пар. XXVI:32; IIПар. XIX:11).

По разделении царства Израильского при Ровоаме левиты, жившие в пределах отпадших от него колен, оставили свои города и предградия и переселились в землю колен Иудина и Вениаминова. С сего времени мы опять встречаем в свящ. книгах Ветхого Завета только случайные указания на левитов. Когда вступал на престол какой-либо иудейский благочестивый царь, ревновавший об истинном богопочитании в своем царстве, то левиты всегда оказывались деятельными сотрудниками и помощниками его в этом святом деле (II Пар. XIX:8–10, XXIX:12, 13).

Число возвратившихся левитов с Заровавелем из Вавилонского плена простиралось до 340 или 360 чел. (I Езд. II, 40–42). Некоторые из них находились в плену, поженились на иноплеменницах, впрочем, по убеждению Ездры, расторгли свой незаконный брак (I Езд. X, 23, 24).

Со времени возвращения из плена левиты почти совсем не упоминаются в свящ. истории, за исключением разве трех или четырех раз в Новом Завете (Лк. X, 32, Ин. I, 19, Деян. IV, 36). Варнава, один из наиболее выдающихся лиц во времена апостольские, был левит. Верность левитов своему призванию особенно восхваляется у пр. Малахии (Мал.II, 5–7). В кн. Откр. (Откр.VII, 7) запечатленных от кол. Левиина значится двенадцать тысяч.

ЛЕВИ́ (לֵוִי; в русской традиции Левий), третий сын Иакова от Лии (Быт. 29:34), родоначальник одноименного колена. Каждый член колена также назывался леви — `левит`. Имя Леви производится в Библии от слов, произнесенных Лией при его рождении: «Теперь-то прильнет (иллаве) ко мне муж мой».

Леви с братом Шим‘оном коварно и жестоко отомстили жителям Шхема за бесчестие, нанесенное сыном местного царя их сестре Дине (Быт. 34). Убийство жителей и разграбление города навлекли на Леви и Шим‘она гнев Иакова (Быт. 49:5–7). Сыновьями Леви были Гершон, Кхат и Мерари (Исх. 6:16) — предки трех родов или кланов левитов. Исключенное из первого после исхода из Египта подсчета численности израильтян (Чис. 1:47), колено Леви, согласно специально для него проведенным подсчетам с включением (в отличие от других колен) и младенцев, было самым малочисленным из всех колен Израилевых: 22 или 23 тыс. «лиц мужского пола от одного месяца и выше» (Чис. 3:39; 26:62). Еще во время скитаний по пустыне (см. Исход) левиты были избраны для служения в скинии вместо первенцев Израиля, число которых было почти равным числу левитов (Чис. 3:12–13, 40–43), и таким образом исключены из числа 12 колен. Кровавая расправа левитов с повинными в поклонении золотому тельцу не только доказывает их верность провозглашенным на Синае заповедям (ср. Втор. 33:9), но и выявляет, как и у их прародителя в происшествии с Диной, свойственную им ревностность, которая не щадит «ни брата, ни друга, ни ближнего» (Исх. 32:25–29).

Из колена Леви (рода Кхат) произошли Моисей и его брат Аарон, родоначальник священников-кохенов. Постепенно термин «левит» начинает обозначать лишь простых членов колена Леви, противопоставляемых кохенам. Поступая на службу в возрасте 25 или 30 лет и оставаясь на ней до 50-летнего возраста (Чис. 4:3 и 8:24–25), левиты прислуживали кохенам при жертвоприношениях, охраняли скинию и ее утварь, переносили или перевозили их с очередной стоянки на следующую, но под страхом смерти им запрещалось прикасаться или приближаться к непокрытым Ковчегу Завета и прочей священной утвари и даже смотреть, как покрывают их перед снятием со стоянки кохены (Чис. 4:15, 18–20; 18:2–3). На левитов, видимо, было возложено также благословение и наставление народа (Втор. 10:8: 27:9–20), хотя и в этом главенствующую роль играли кохены (ср. Мал. 2:4–8). За свою службу левиты получали от израильтян десятину ежегодного урожая зерна, масла и винограда (с которой они, в свою очередь, отдавали десятую долю кохенам — Чис. 18:26–28), а также часть не сжигаемого на жертвеннике мяса жертвенных животных (Чис. 18:21; Втор. 18:1). Однако статус подчиненности одноплеменным ааронидам и явное предпочтение сыновей и внуков Амрама (первенца Кхата) при назначении на высокие посты как в управлении народом, так и в культовой иерархии (Чис. 3:27–31; 4:2–15; ср. I Хр. 23:13–14) породили у членов прочих семей колена Леви ощущение дискриминации, которое уже в период скитания по пустыне привело к восстанию Корея.

Согласно библейской историографии, при разделе территории Ханаана, в завоевании которого левиты как священническое сословие, видимо, не участвовали, им не был дан собственный надел. Их материальная зависимость от приношений народа рассматривается в Библии как особый знак отличия (Втор. 10:9; 18:1–2), но она привела к включению их, наравне с пришельцами, вдовами и сиротами, в общую категорию малоимущих (Втор. 26:13), и в эпоху Судей (см. Судей Израилевых книга) им приходилось кочевать по наделам колен в поисках средств существования. Согласно зафиксированному в книге Числа (35:1–8) предписанию, левитам было выделено 48 городов с прилегающими кормовыми угодьями на землях остальных колен (ИбН. 21:3–8). В это число входило и шесть городов-убежищ. В юридическом отношении статус собственности левитов отличался от статуса собственности членов других колен тем, что левитам разрешалось в любое время выкупать дома, проданные из-за нужды, и даже если дом левита не был вовремя выкуплен, он все же возвращался исконному владельцу в юбилейный год. Угодья же левитов вообще не могли продаваться (Лев. 25:29–34). В эпоху царствования Давида и Соломона, когда культ стал опорой монархической власти, левиты, по-видимому, стали своего рода государственными чиновниками, и их верность дому Давида оставалась незыблемой до разрушения Храма (II Хр. 23:2–11, 18–19; 24:4–14 и др.). Повествование об их уходе из царства Израиля, отколовшегося от Объединенного царства, и возвращении в Иудею (II Хр. 11:13–14), где об их интеграции в государственном аппарате в рамках проводимых им реформ заботился царь Иехошафат (II Хр. 17:7–9), очевидно, отражает реальную историческую действительность, на которую намекает и 1-я книга Царей (12:31).

Согласно I Хр., главной функцией левитов было следить за службой в Храме (23:3–4), из них набирались также храмовые певчие, музыканты, привратники, стражи, мастера, хранители казны, судьи и функционеры на царской службе (9:14–33; 23:3–28 и др.). По мнению современных исследователей, это описание в действительности отражает статус и функции левитов в период Второго храма. Многие места в Библии позволяют заключить, что в эпоху Первого храма еще не было четкого разграничения между кохенами и левитами и что среди последних существовала определенная социальная разница между служащими в Иерусалимском храме и проживающими вне столицы государства.

Со времени возвращения из пленения вавилонского разграничение между священниками и левитами становится вполне четким. Левиты занимали почетное положение среди репатриантов, и их малочисленность по сравнению с кохенами (Эз. 2:36–42), причины которой не вполне ясны, повысила их значение в глазах народа. Эзра и Нехемия старались привлечь левитов из Вавилонии и провинциальных городов Иудеи в Иерусалим (Эз. 8:15–20; Нех. 12:27–29).

Функции левитов во Втором храме перечисляются в трактатах Арахин, Миддот, Та‘анит и Тамид Вавилонского и в некоторых трактатах Иерусалимского Талмудов, в галахических мидрашах Сифра и Сифрей. Наиболее важной из их обязанностей было сопровождение хоровым пением с инструментальным аккомпанементом обрядов жертвоприношения утреннего и вечернего тамида, мусафа в субботу и праздники, возлияния вина на жертвенник в празднество симхат бет ха-шоэва в Суккот (Бр. 35а; Ар. 11а–12а; Сук. 5:4), при повторяемом дважды в день благословении народа кохенами (см. Биркат-коханим), при чтении установленной для каждого дня недели главы из книги Псалмов (шир шел иом; Там. 7:3–4), а также при чтении Халлела в день новолуния и праздники (Псах. 85б; Тосеф., Псах. 3:11; Бик. 3:4; Сук. 54б). У подножия духана, на котором левиты стояли при исполнении этой функции, размещались мальчики-левиты, включавшиеся в пение взрослых, «чтобы сдабривать его» (Ар. 2:6). В обязанности левитов входили также свежевание и рассечение туш жертвенных животных, охрана входов в Храм, открытие и закрытие массивных храмовых ворот (Ар. 11б; Мид. 1:1), надзор за соблюдением порядка на Храмовой горе и т. п. Из них, по-видимому, вербовались казначеи Храма и другие служившие там сановники (Тосеф., Шк. 2:15). Вместе с тем их положение во Втором храме (как и в скинии) было явно второстепенным; об этом свидетельствует и мнение аморы Иехошуа бен Леви (1-я половина 3 в. н. э.), что к словам «Благословен Ты, Господь… различивший между святым и будничным… между седьмым днем и шестью рабочими днями» в бенедикции хавдалы следует прибавить «между кохенами и левитами, между левитами и прочим Израилем» (Псах. 104а).

Подобно кохенам, служившие в Храме левиты подразделялись на 24 череда (мишмарот), служивших по две недели в году. Нехемия и хронисты приписывают это установление царю Давиду (Нех. 12:44–46; I Хр. 23–24: II Хр. 8:14; ср. Флавий, Древ. 7:367). Большинство современных исследователей считают, что разделение левитов на череды выкристаллизовалось во времена Нехемии или, возможно, позже.

Сложившаяся после разрушения Храма Галаха почти полностью уравнивает левитов с мирянами (ср. ТИ., Наз. 7:1, 56б), сохраняя, однако, за ними (подчас в память об их бывшем статусе) некоторые привилегии и обязанности. Так, некоторые законоучители Талмуда долгое время раздавали малоимущим талмид-хахамам полагающуюся левитам десятину (ТИ., Ма‘ас. Ш. 5:5, 56б); как отцы, так и матери семей левитского происхождения (в том числе и по материнской линии) освобождены от выкупа первенца (Бх. 2:1 и 4а); в присутствии кохена в синагоге левита вызывают вторым к чтению Торы, а в отсутствие кохена — первым (Гит. 5:8 и 59б); возникший в средние века обычай, предписывающий левитам возливать воду на руки кохенов перед тем, как те благословляют молящихся (основанный на содержащемся в Зохаре /Бе-мидбар 146б/ указании), включен в Шулхан арух (ОХ. 128:6) как обязательная предварительная часть обряда биркат коханим.

Указание на происхождение от левитов сохранилось в таких еврейских фамилиях, как Леви, ха-Леви (Халеви, Галеви), Левин, Левинзон, Левинский, Левитан, Левитас, Левитин, Левицкий и т. п. Левитского происхождения большей частью и носители фамилий Гурвич, Гуревич, Хорвиц, Ландау, Сегал (в иврите обычно имеющую форму аббревиатуры סג»ל, по-видимому, слов сган левия — `старейшина левитов`) и Эпштейн.

Полное отсутствие левитов отмечается среди горских евреев, Бней-Исраэль и фалаша, а также в еврейской общине Джербы; их число очень невелико среди грузинских евреев и курдских евреев Ирака.

Мы привыкли считать, что наиболее древние еврейские фамилии – это Коэн, Леви и все производные, так как они происходят от терминов, обозначающих представителей колена Леви и служителей Первого и Второго Иерусалимского храма. Но в действительности это не всегда так.

Для начала стоит указать, что само понятие «еврейская фамилия» вошло в обиход только в Средние века, в XI — XII веках, и то – только в наиболее прогрессивных странах своего времени. И фамилии были не у всех евреев, а только у очень знатных испанских сефардов. Яркие примеры – еврейский испанский род Абраванель, а также Шалтиэль и Закуто. Как правило, носители этих фамилий считали себя потомками царя Давида, бежавшими в Испанию после разрушения Иерусалима римлянами, но проверить, было ли это подлинной родословной или вопросом престижа, не представляется возможным.

Практически одновременно (или несколько позже) появились ашкеназские еврейские фамилии, которые получили потомки выдающихся мудрецов Торы, некоторые из которых тоже прослеживали свое происхождение от царя Давида. К таким фамилиям относится Лурье (потомки Раши), Марголиот (в ашкеназской среде более известная, как Марголис и Маргулис), Ландау, Шапиро, Гальперин и Яффе (Йоффе). А также очень интересная и распространенная фамилия Раппопорт, которая, судя по всему, имеет смешанное ашкеназо-сефардское происхождение и образовалась в результате брачного союза представителей двух известных родов – ашкеназского Раппе и сефардского Порто.

Как я уже сказала, в Средние века счастливыми обладателями фамилий были только очень знатные и известные еврейские семьи, остальные же довольствовались личным именем с уточнением – «сын такого-то», «дочь такой-то». Массовое «офамиливание» евреев произошло только в XVII-XVIII веках, а в Восточной Европе и вовсе в XIX. Поэтому подлинно древних еврейских фамилий не так много.

Но куда же отнести знаменитых Коэна и Леви, а также все бесконечные производные – Коган, Каган, Каганович, Кац, Левит, Левитин, Левин, Левинсон и так далее?

Первая неожиданность – «коэнские» и «левитские» фамилии, на самом деле, вовсе и не фамилии. Задолго до появления самого понятия «фамилия» — как у евреев, так и у неевреев – некоторых членов еврейских общин называли их личных именем, добавляя к нему «ха-Коэн» или «ха-Левит». Это означало их статус или, скорее, принадлежность к выходцам из колена Леви и – в случае с коэнами – к тем, кто до разрушения Храма выполнял обязанность верховных служителей культа. Коэном или левитом в условиях изгнания мог оказаться как ученый талмудист, так и простой портной или торговец, но каждый из них был известен этим статусом в своей общине. И большинство из них при получении евреями фамилий взяли себе именно те фамилии, которые прямо указывали на их коэнское или левитское происхождение.

Кто такие коэны и левиты изначально? До ассирийского пленения в Эрец-Исраэль жили двенадцать израильских племен – потомков сыновей Яакова-Исраэля. После ассирийского пленения их осталось всего три, точнее, два с половиной – Йехуда (к которому принадлежит большинство из нас – евреи-израэлиты), Леви и совсем в незначительном количестве — Биньямин. Колено Леви не имело своего земельного надела, потому что его представители занимались не земледелием, а выполняли исключительно религиозные обязанности, за что все остальные платили им долей урожая, тканями, серебром и прочими мерами, заменяющими в то время деньги. При этом в колене Леви выделялась особая привилегированная каста – коэны, первосвященники, ведущие свой род от старшего брата Моше, Аарона. Неудивительно, что и в изгнании еврейские общины тщательно отслеживали, кто у них — израэлит, кто — левит, а кто — коэн – чтобы, когда придет Мессия и будет отстроен Иерусалимский храм, знать, кому выполнять соответствующие обязанности.

Значит ли это, что сегодня все Коэны и Леви могут проследить свою родословную на четыре-пять тысяч лет назад и быть абсолютно уверенными, что их предки были служителями Храма? Нет.

Не так давно, с развитием ДНК-генеалогии, стало возможным определить, какая гаплогруппа (мутация, унаследованная от общего предка) вероятнее всего, была у праотца Авраама и, соответственно, у всех его потомков по прямой мужской линии, включая и Аарона, и его современных предполагаемых потомков-коэнов. Это так называемая гаплогруппа J1, распространенная изначально только на Ближнем Востоке, наиболее частая у евреев (и ашкеназов, и сефардов) и у арабов. В связи с такими выводами было проведено ДНК-тестирование носителей «коэнских» фамилий – и исследования выявили, что, хотя большинство (от 50 до 80 процентов) коэнов действительно имеют гаплогруппу J1, то есть они «подлинные» коэны, был также значительный процент имеющих другие гаплогруппы, то есть «ненастоящих» коэнов. Как могло произойти такое, что коэнами (а также, скорее всего, и левитами) стали считаться люди, которые в действительности к ним не относятся?

Причин может быть несколько. Первая из них — вопрос престижа. Если в общине все знали, является ли тот или иной ее член коэном, то при переезде в достаточно далекие края он мог назваться коэном, хотя в действительности им не был. Вероятно, те, кто так поступал, делали это ради престижа, повышения своего статуса в глазах окружающих, хотя реальных материальных преимуществ это, конечно же, не давало.

Другая причина – «ложное отцовство», которого обычно боятся как огня представители известных династий, и отказываются по этой причине от ДНК-тестирования. Еще бы – кому хочется узнать, что ты — не потомок древнего рода, а незаконнорожденный. Иными словами, ложное отцовство – это когда жена коэна родила сына не от мужа, а от другого мужчины, и, соответственно, все потомки этого ребенка, сами о том не подозревая, коэнами не являются.

И, наконец, еще один возможный вариант – усыновление. То есть, если в какой-то момент семья коэна взяла на воспитание чужого ребенка и он получил их «коэнскую» фамилию, в будущем его потомки могут ничего об этом не знать, считая себя коэнами.

С левитами все обстоит несколько иначе – генетически их никак не определить, потому что левиты, в отличие от коэнов, не являются строго прямыми потомками Аарона по мужской линии, и, соответственно, могут иметь самые разные гаплогруппы.

Статус рядового левита, в отличие от коэна колена Леви, никакого особого престижа не добавлял, поэтому маловероятно, чтобы «левитскую» фамилию брали с этой целью. Однако, здесь может быть другой «подводный камень». Леви – это не только название одного из еврейских племен, но еще и личное мужское еврейское имя. А имена старших членов семьи очень часто служили основой фамилии при «офамиливании» евреев.

Поэтому какой-нибудь Левин с равной вероятностью может оказаться как представителем колена Леви, так и потомком человека по имени Леви. Истину здесь можно установить, только проследив свою родословную по этой фамильной линии, и проверив, не было ли с конца XVIII до середины XIX века в роду кого-то с этим довольно редким именем. Что, разумеется, не всегда возможно по причине плохой сохранности документов.

Между прочим, закон с «ложными» коэнами и левитами работает и наоборот – человек, чья фамилия никак не намекает на колено Леви, вполне может оказаться и первым, и вторым. Потому что по разным причинам «офамиливание» в разных регионах происходило по-разному, не всегда упорядоченно, и не всегда еврей сам мог выбрать себе фамилию. Поэтому потомки коэна или левита, получившего некогда не указывающую на это фамилию, могут ничего не знать об этом любопытном факте.

Лея Костинская, «Детали» К.В. Фото: Оливье Фитусси

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *