О свободе воли

Блаженный Августин. Фреска VI в. Латеранская Библиотека, Рим

Августин Иппонийский (Гиппонский) (лат. Augustinus Sanctus, полное имя Аврелий Августин) (354-430), философ, влиятельнейший проповедник и церковный политик, блаженный. Оказал огромное влияние на западную философию и богословие. Некоторая часть сведений об Августине восходит к его автобиографической «Исповеди» («Confessiones»).

Память 15 июня

Родился в Африке, в городе Тагасте (ныне Сук-Арас в Алжире) 13 ноября 354 г.

Первоначальным своим образованием он обязан своей матери — христианке Монике, умной, благородной и благочестивой женщине, влияние которой на сына, однако, парализовалось отцом-язычником. В молодости своей Августин был настроен самым светским образом и, живя в Мадавре и Карфагене для изучения классических авторов, весь отдавался вихрю наслаждений.

Жажда чего-то высшего пробудилась в нем лишь после чтения «Hortensius» Цицерона. Он набросился на философию, примкнул к секте манихеев, которой оставался верным около 10 лет, но, не найдя нигде удовлетворения, чуть не пришел в отчаяние, и лишь знакомство с платонической и неоплатонической философией, ставшей ему доступной благодаря латинскому переводу, на время дало пищу его уму.

В 383 г. он отправился из Африки в Рим, а в 384 г. — в Милан, чтобы выступить здесь в качестве учителя красноречия. Здесь благодаря тамошнему епископу Амвросию он ближе ознакомился с христианством, и это обстоятельство в связи с чтением посланий ап. Павла произвело радикальную перемену в его образе мыслей и жизни .

На Пасху 387 г. Августин вместе с своим сыном принял крещение от руки Амвросия. После этого он возвратился в Африку, предварительно распродав все свое имущество и почти совершенно раздав его бедным, некоторое время провел в строгом уединении главою духовной общины и в 391 г., вступив в духовное звание с саном пресвитера, занялся деятельностью проповедника и в 395 г. был посвящен в епископы в Гиппоне.

Свт. Августин, еп. Иппонийский. Мозаика 1148 г. Собор в Чефалу, Сицилия

Влияние Августина на судьбы и догматическую сторону христианского учения почти беспримерно. Он на несколько столетий вперед определил дух и направление не только Африканской, но и всей Западной церкви. Его полемика против ариан, присциллиан и в особенности против донатистов и др. еретических сект наглядно доказывают степень его значения. Проницательность и глубина его ума, неукротимая сила веры и пылкость фантазии лучше всего отражаются в его многочисленных сочинениях, которые имели неимоверное влияние и определили антропологическую сторону учения в протестантизме (Лютер и Кальвин). Еще важнее, чем разработка учения о св. Троице, его исследования об отношении человека к божественной благодати. Сущностью христианского учения он считает, именно, способность человека к восприятию Божьей благодати, и это основное положение отражается также и на понимании им других догматов веры. В споре с пелагианами Августин Иппонийский не был всецело истинным представителем христианского учения, которое, по некоторым пунктам, столь же далеко от августинизма, как и от пелагианства (подробнее см. пелагианство).

Его заботы об устройстве монашества выразились в основании им многих монастырей, впрочем, скоро разрушенных вандалами.

Скончался 28 августа 430 г. во время первой осады последними Гиппона.

Его краткое житие, Vita Augustini, было написано его учеником, еп. Поссидием Каламским (+ 440).

Останки Августина были перенесены его приверженцами в Сардинию, чтобы спасти их от поругания ариан-вандалов, а когда этот остров попал в руки сарацин, выкуплены Лиутпрандом, королем лангобардов, и погребены в Павии, в церкви св. Петра. В 1842 г. с согласия папы они опять перевезены в Алжир и сохраняются там подле памятника Августину, воздвигнутого ему на развалинах Гиппона франц. епископами.

Августин Блаженный, еп. Иппонийский. Мозаика XII в. Собор Святого Марка, Венеция

Учение Августина о благодати и свободной воле

Учение Августина о соотношении свободы воли человека, божественной благодати и предопределения является достаточно неоднородным и не носит системного характера. Воля – одна из основополагающих способностей человека, к чему Августин приходит после длительного анализа нравственной жизни и возможности выбора в ней определенных альтернатив. Также воля является направляющей интеллектуального познания. Способность «свободного решения» воли предусматривает свободу человеческого действия, автономность его, возможность выбора альтернатив. В идеале, воля человека должна обладать способностью детерминации из себя, быть подлинно свободной. Таковая свобода была утеряна при грехопадении человека. Августин делает различие между благой и злой волей. Благая воля ориентирует человека на добро, а злая — на зло. Ответственность каждого человека за совершенный им поступок обосновывает справедливость божественного воздаяния. Силой, которая во многом определяет спасение человека и его устремление к Богу, является божественная благодать. Благодать – особая божественная энергия, которая действует по отношению к человеку и производит изменения в его природе. Без благодати невозможно спасение человека. Свободное решение воли – лишь способность стремиться к чему-либо, но реализовать свои стремления в лучшую сторону человек способен только с помощью благодати. Благодать в представлении Августина напрямую связана с основополагающим догматом христианства – с верой в то, что Христос искупил все человечество. Значит, по природе своей благодать имеет всеобщий характер и она должна даваться всем людям. Но очевидно, что не все люди спасутся. Августин это объясняет тем, что некоторые люди не способны принять благодать. Это зависит, прежде всего, от способности их воли. Но как пришлось убедиться Августину, не все люди, которые приняли благодать, смогли сохранить «постоянство в добре». Значит, необходим еще один особый божественный дар, который поможет сохранить это постоянство. Этот дар Августин называет «даром постоянства». Только благодаря принятию этого дара «званные» смогут стать «избранными». С проблемой свободы воли человека и действием благодати тесно связано учение Августина Аврелия о божественном предопределении.

Предопределение по Августину – это акт божественной любви и милости по отношению к падшему роду человеческому. Изначально, из общей «массы погибели» Бог избрал достойных вечного блаженства. Число предопределенных неизменно. Но никто из людей не знает о своей участи, и поэтому, личное нравственное совершенство каждого человека не теряет смысл. В контексте наличия предопределения свобода воли человека приобретает оттенок субъективного переживания свободы, но никак не онтологической способности только своими силами спастись или погибнуть.

Свт. Августин Блаженный, еп. Иппонийский. Современная православная икона

Молитвословия

Тропарь, глас 4

Се́рдцем все́м Христу́ после́дуя, святи́телю Августи́не,/ сло́вом и де́лом и́стину запечатле́л еси́/ и ересе́й злочести́вых яви́лся еси́ неле́ностный искорени́тель,/ моли́ся вы́ну ко Святе́й Тро́ице,// да спасе́т ду́ши на́ша.

Кондак, глас 4

Непоколеби́ме сто́лпе Це́ркви Вселе́нския,/ на недви́жимем ка́мени ве́ры основа́нный,/ догма́т правосла́вия неле́стный учи́телю/ и покая́ния велегла́сный пропове́дниче,/ запечатли́телю и́стины,/ прехвальне Августи́не,// святи́телю Христо́в.

Труды

Наиболее известными из сочинений Августина является De civitate Dei (О граде Божьем) и Confessiones (Исповедь), его духовная биография, сочинение De Trinitate (О Троице), De libero arbitrio (О свободной воле), Retractationes (Пересмотры). Кроме того, заслуживают упоминания его Meditationes, Soliloquia и Enchiridion или Manuale.

Литература

Использованные материалы

  • Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  • «28 (15) июня память Свт. Августина Великого, еп. Иппонского (†430)», страница официального сайта Храма Рождества Христова г Саратова:
    • (использованы молитвословия)

Этому событию катол. церковь посвятила даже особый праздник (3 мая)

Самый непонятный для православного человека вопрос – вопрос о свободе воли, свободе выбора. Зачастую можно услышать от православного человека вещи совершенно странные: когда грех не просто оправдывается, а о нём говорится, как о вещи, предопределённой Богом. Так дал Бог, такая судьба… Обратимся к святым отцам церкви, чтобы разобраться в столь сложном вопросе.

Труд блаженного Августина «О свободе воли» представляет собою диалог между Августином и Эводием. Эводий спрашивает святого, а святой через цепь рассуждений подводит Эводия к верным мыслям, умозаключениям. Такой способ изложения материала был очень распространён в древности. Им пользовались практически все древние философы и святые ранней церкви. И вот о чём ведётся беседа…
Августин объясняет Эводию и подводит его к основной мысли: если бы человек был лишён свободы – наказание от Бога за грех было бы бессмысленным. Так же, как и Божья награда за праведность. Ведь если у человека нет свободы выбора поступков, если каждый шаг жизни его предопределён свыше, за что же его наказывать? «То, что не сделано добровольно, не было бы ни грехом, ни праведным поступком. А потому и наказание, и награда были бы несправедливы, если бы человек не обладал свободной волей». Бог не может быть несправедливым. Потому «Бог должен был дать человеку свободную волю».
Затем Агустин просит порассуждать о разности бытия всего того, что находится на земле. К примеру, камень – он существует. Но о нём сложно сказать, что он живёт. Кошка или собака – они не просто существуют, они живут. Под словом «живёт», «жить» мы всегда понимаем более высокую ступень. Любому животному доступны некоторые переживания, чувства любви и злобы. Они живут своей жизнью. Человек же не просто существует. И он должен не просто жить. Человек, подчёркивает святой Августин, понимает. Первое чувство наше – в глазах, ушах и т.д. А второе чувство в душе. С его помощью мы или стремимся к тому, что видим, слышим, осязаем, или избегаем этого. Это случается благодаря чувству понимания. То, что помогает нам чувствовать телесно, не может дойти до сознания, пока не пройдёт через внутреннее чувство понимания. Приведу бытовой пример: на остановке стоит девушка с ярко-зелёными волосами и держит в руках сигаретку. Глаза всех людей, которые тоже стоят на остановке, видят её абсолютно одинаково. Т.е. наши телесные чувства дают нам практически одинаковую информацию. Но понимаем, оцениваем мы её по-разному именно благодаря нашим внутренним чувствам. Будем мы стремиться к тому, что увидели или нам увиденное кажется безобразным, некрасивым – зависит не от наших глаз, а от нашего сознания, понимания. Именно понимание возводит человека на высшую ступень бытия: человек не просто существует, как камень; человек не просто живёт, как животное. Человек ещё должен понимать, выражаясь словами Маяковского, «что такое хорошо и что такое плохо». Бог Сам вложил в нас благочестивые чувства о Себе. Бог дал нам способность понимать и дал свободу выбора. Бог стучится в двери нашей души, но не входит в неё без нашего согласия.Каждый из нас видит солнце, говорит святой Августин. Воспринимаем и пользуемся мы им по-разному. Одному человеку на солнце плохо – болит голова, сердце и он вообще не выходит из дома в жару. Другой человек обладает нежной кожей и потому в жаркое время суток предпочитает быть в тени. А третьему жара нравится и он боится сквозняка и прохлады. Несмотря на столь разное восприятие, несмотря на разный выбор – солнце одно и одинаково. Столь разное у нас отношение и к событиям, происходящим в нашей жизни. Так, говорит Августин, тот, кто воюет, кажется себе мудр. И тот, кто защищается – тоже кажется себе мудр. И тот, кто вообще отрицает военную службу, кажется себе мудр. Всем троим кажется, что их мысли благословенны Богом. То, что одному кажется злом – для другого есть добро. Как же разобраться?
Августин даёт такой совет… Мы все хотим блаженной жизни рядом с Богом. Во всяком случае, должны хотеть этого. Это истина. Мы к ней стремимся. Наши заблуждения, это то, что не ведёт к блаженству. Хотя мы можем следовать своему заблуждению верно, всю жизнь, упорно его отстаивая. «Ошибка – это когда следуют чему-либо, что не ведёт к тому, к чему мы хотим прийти». Есть как бы две ступени ошибки. Первая: когда хотим блаженства, но идём неправильным путём и удаляемся от своей цели. Другая ступень, ещё более погибельная: когда к блаженству не стремятся и единение с Богом отрицают. Эта вторая ступень ошибки совершенно противны жизни. Святой Августин говорит: спросите любого человека: хочет ли человек жить и хочет ли он быть счастливым? Вам каждый скажет: «Да». Смерть противоположна жизни. Потому всякое живое существо избегает смерти. Так же в нас запечатлены счастье и мудрость. Каждый хочет быть мудрым, никто не согласится быть несчастным по доброй воле. Но дело в том, что Мудрость на свете – одна. И высшее благо одно для всех людей: обожение и вечное блаженство с Богом. Но люди за высшее благо могут воспринимать разные вещи. Люди вообще могут отрицать истинное благо, не знать о нём или же знать, но идти неверным путём, не приближаясь к этому благу, а напротив – отдаляясь от него. Каждый из нас по свободной воле, дарованной нам от Бога, выбирает, чем пользоваться и как пользоваться и куда идти. Подобно тому, как мы по-разному пользуемся солнцем – избегаем его или стремимся. Истина в том, что человеку должно стремиться к Премудрости. В нашей жизни » худшее должно подчиняться лучшему, а равное сравниваться с равным, и каждому надлежит воздавать своё собственное. Мы не можем посмотреть на солнце чужими глазами. Так каждому надлежит пройти свой путь, пользуясь на этом пути дарованной свыше свободой. За человека нельзя прожить жизнь. Каждый должен сделать это сам. Но роль воспитания в том, чтобы заложить в человека с детства правильную шкалу ценностей: «неиспорченное лучше испорченного, вечное лучше временного, нерушимое лучше уязвимого». Эта истина – одна для всех. От того, как мы её усвоили, зависит, как мы выстроим свою земную жизнь. И получается: одна жизнь » никакими бедами не отклоняется от верного и честного взгляда». А другая – «легко разбивается и опрокидывается временными неудобствами». «Тот, кто достигает мудрости – мудр».
Часто в жизни мы лучшее подчиняем, по доброй воле или вынужденно, низшим вещам. Но тот, кто живёт мудро, ни при каких жизненных трудностях не выберет испорченное. Что мы выберем – к тому обратим и душу свою. «Мудрость…всё устрояет на пользу». Тот, кто выбрал неиспорченное, претерпев неудобства и горести – мудр. Эта истина неизменна и не зависит от состояния наших чувств, нашего ума или нашего к ней отношения.
Люди всегда – и святые, и не святые – выберут то, что принесёт им наслаждение. Жить в наслаждении и счастье – заложено в нас. Пословица: рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше – верна. Вопрос: что является для каждого из нас наслаждением? «Никто не спокоен за те блага, которых он может против воли лишиться…. Ничем душа не наслаждается свободно, кроме того, чем она наслаждается безмятежно». Потому у выбравших испорченный путь жизненные радости коротки и непрочны. К концу жизни человек понимает, что приобрёл прах. Неправильно воспитанный человек, исходя из своего неверного понимания жизни, имеет извращённые желания и избирает низшее. «Однако никто не желает нехотя». Устроение нашей жизни, в подавляющем большинстве случаев, есть наш добровольный выбор. Красота же «истины и премудрости… ни временем не исчерпывается, ни ночью не перебивается, ни тенью не преграждается…» Обычно, выбрав свой жизненный путь, мы на него «со всем возможным пылом… всю нашу душу собираем…» Но о Боге при этом не помним, не молимся, не связываем в нашем сознании свою жизнь с Ним. Строя же свой жизненный путь, пользуемся дарами и талантами, данными нам от Бога. Святой Августин сравнивает: так, порою, художник пишет картину. Картина всем нравится. О ней только и говорят. А вот о самом художнике – забывают. Из-за картины человека не видят. «Никакая вещь не может сформировать саму себя». Мы забываем о том, что всё, чем мы пользуемся – дано нам Богом для нашего блага. Любое благо – хоть большое, хоть малое — дано нам от Господа. В том числе и свобода. Она дарована Богом. Следовательно, свобода есть благо. Как мы ею воспользуемся, удалит ли свобода нас от Бога или приблизит, зависит от нашего понимания всё того же «что такое хорошо и что такое плохо». Воля дана нам Богом для блага. Ведь мы – образ и подобие Божие. А Бог – свободен. Благо ли для человека две руки, — спрашивает Августин. Особенно однорукий человек это осознаёт ясно: две руки – благо. И плохо, когда рука одна. Ещё хуже, когда их нет вовсе. Но этим благом – руками – мы можем что-нибудь подарить человеку, а можем украсть; вылечить или убить, качать детей или держать бутылку водки… Если человек дурно пользуется благом – руками, это вовсе не значит, что иметь руки – плохо. Иметь руки – прекрасно. Но ими надо творить лишь добро. А это уже зависит от понимания, от воспитания. И если кто-то делает руками зло, мы так же не можем сказать, что это зло человек делает по вине Бога и не имея выбора. Нет, Бог нам даровал свободу в поступках, мыслях, в выборе жизненных целей. Да, все управляет Промысел. И волос не упадёт без воли Бога, но! Свобода включена в Божий промысел о человеке! Без свободы воли человек не может быть праведником, ибо праведность по принуждению – это не праведность. На бытовом примере: если человеку просто не давать водку и держать под замком – он пить не будет. Ему нечего пить. Но это вовсе не значит, что он перестал быть алкоголиком. Он перестанет им быть, когда сделает свободный личный выбор. Так же и святости по принуждению не бывает. И обожения насильно не бывает. Потому свобода включена Богом в вечные дары человеку, является составной частью Божьего Промысла о человеке. Потому грешить или не грешить – это наш выбор, а не желание Бога. Как бы Бог судил и наказывал грешника, если у человека нет другого пути, как только грешить? Если бы Сам Бог лишил его возможности выбирать между грехом и истиной? Воля дана нам и является, как пишет Августин, «средним благом». Наименьшие блага – это те, без которых мы можем обойтись, но всё же мы к ним стремимся без вреда для своей души. Приобретя их, мы не рискуем погибнуть в Вечности. Они нас от Бога не отдаляют. Хотя и особо не приближают. Они не являются крайне необходимыми. Средние блага – это те, с помощью которых мы можем как приблизиться к Богу, так и отдалиться от Него. Высшие блага – те, которые ведут только к Богу. К примеру, добродетелью пользоваться дурно человеку просто невозможно.
Так же есть разные виды и ступени Любви. «Любовь человеческая не только дозволяется в виде уступки, но так дозволяется, что если её не будет, то это ставится в упрёк, и она предлагается в виде совета… Необходимо иметь дух совета». Любить жену, детей, родителей, друзей — не только не грех, но благо. «Кто не любит детей своих. Делается даже хуже льва… Рыкает лев среди лесов, и никто не проходит мимо него. Но вот входит он в свою пещеру, где у него детёныши, и оставляет ярость своей дикости, оставляет её как бы вне, не входит с ней туда». Но Бога мы любим более детей, и жены, мужа, родителей. И это более высокая ступень любви.
Человеку должно помнить, что есть две смерти. Одна смерть приходит к нам, не спрашивая нашей воли – это физическая смерть нашего тела. А вторая смерть – это осуждение, для которого воскреснут и нечестивые. Воскреснут, чтобы затем навсегда потерять жизнь. Кто отвергает пролитую кровь Христа, будет наказан и отвергнут. Нам напоминают на Литургии: «Горе имеем сердца» (т.е. устремляем сердце вверх). И мы отвечаем: «Имамы ко Господу». Блаженный Августин даёт нам совет: » Наблюдай, есть ли в сердце твоём и какая любовь, блестит ли искра из пепла плоти, крепко ли сердце твоё настолько, чтобы не падать под тяжестью искушений, но ещё боле гореть любовью; наблюдай, не тлеешь ли ты, как пакля, которая гаснет от лёгкого дуновения, или горишь, как твёрдое дерево, как уголь, от дуновения сильнее разгорающийся… Пойми, что есть две смерти: одна временная, — это смерть первая, а другая вечная – это смерть вторая»… Первая смерть для всех, а вторая – для злых, для тех, кто дурно использовал данный Господом дар свободы, дар воли.

Читателей — (5343)

19

Неретина С. С.

Аврелий Августин

Aurelius Augustinus

(354-430)

Августин родился в Тагасте на территории нынешнего Алжира. Его мать, Моника, исповедовала христианство, а отец, Патриций, был язычником. Августин учился сначала в Тагасте, затем в Мадавре и, наконец, в Карфагене. Он получил вполне приличное, преимущественно литературное образование. В юности он испытал сильные плотские страсти и вскоре после прибытия в Карфаген отошел от религии, в которой был воспитан матерью. В восемнадцатилетнем возрасте Августин прочитал диалог Цицерона «Гортензий», который пробудил в нем стремление к мудрости; однако он не сумел найти ее в христианстве. Он считал Ветхий Завет во многих отношениях отталкивающим. А иудео-христианское учение о сотворении Богом всех вещей казалось ему совершенно несостоятельным, поскольку оно, на его взгляд, возлагало на Бога ответственность за существование зла, в то время как Он, по утверждению христиан, абсолютно благ. Стремление к просветлению привело Августина к принятию дуалистического учения манихеев, согласно которому существует два основных начала, из коих одно ответственно за

20

добро и человеческую душу, а другое — за зло и материю, включая тело. Ответственность за бурные страсти, следовательно, может быть возложена на злое начало как творца царства тьмы. В 383 г. Августин, ставший к тому времени учителем в Карфагене, покинул Африку и отправился в Рим. В 384 г. он получил должность придворного преподавателя риторики в Милане. К тому времени его вера в манихейство пошатнулась, но он склонялся скорее к академическому скептицизму, чем к христианству. Однако чтение «платонических трактатов» в латинском переводе Викторина привело к тому, что он изменил свои взгляды в пользу христианства. Неоплатонизм убедил его в существовании духовной реальности и в том, что присутствие зла в мире можно примирить с учением о божественном творении. Ведь зло, согласно Плотину, есть отсутствие блага, по это отсутствие реально, подобно слепоте или физическому недостатку. Подобным образом нравственное зло есть отсутствие правильного порядка воли, однако оно вполне реально.

От самого Августина мы знаем, что неоплатонизм, хотя и способствовал его обращению в христианство, но не разрешил его нравственного конфликта. Августин слушал проповеди св. Амвросия в Милане, читал Новый Завет и знакомился с историями обращения в христианство (в частности, Викторина) и житиями святых (например, св. Антония Египетского). В 386 г. произошел знаменитый эпизод, описанный в восьмой книге «Исповеди», и в следующем году Августин был крещен св. Амвросием.

Вернувшись в Африку, Августин был рукоположен в священники, в 395 г. посвящен в помощники епископа Валерия, которого и сменил в 396 г. на престоле епископа Гиппонского. Умер Августин в 430 г., когда вандалы осаждали его город.

В трудах Августина впервые из попытки выразить понимание догматов веры возникает система христианской философии.

У Августина Бог как Творец мира рассматривается и как исток всякого знания, данного в Откровении, потому христианин может распознать родство наук между собой, ибо они происходят из единого источника. Есть три вида доказательств Его присутствия во всем: в движении мира, в его устройстве, порядке и красоте; в существовании конечных, зависимых вещей, ибо для их существования необходим бесконечный Изобретатель; в природе и устройстве человеческой мысли. Эти доказательства необходимы для того, чтобы человек мог открыть истину в себе самом. Поскольку всякое познание есть часть познания Бога, то любое познание оказывается непосредственно связанным с теологией, направленной на постижение высшей благодати и путей причащения Богу как высшей истине. Здесь и возникает этическая проблема — это проблема того, что именно ищет душа, ища Бога, и как она приходит к этим поискам.

21

Моральным проблемам посвящены трактаты Августина «О свободе воли» (De libero arbitno), «О благодати и свободном решении» (De gratia et libero arbitno), «Исповедь» (Confessiones), «О Граде Божием» (De Civitate Dei) и dp. Трактат «О свободе воли» является плодом его долгих духовных исканий. Действительно, после радостного и весьма плодотворного времени, проведенного с друзьями в 386 г. на вилле Верекунда в Кассициакуме, после чудесного крещения св. Амвросием на Пасху 387 г. св. Августин отправляется обратно на родину в Тагаст. Однако он задерживается в Риме на целый год (387/388) ввиду осложнившейся политической обстановки. Здесь он и начинает первую книгу «О свободе воли». Окончен же этот труд (вторая и третья книги) был в 395/396 г. в Африке, когда он был уже пресвитером Гиппонской церкви, т. е. через семь лет.

Учение Августина о воле стало основополагающим в эпоху Средневековья, поскольку в нем содержатся и онтологическое, и гносеологическое доказательства бытия Бога и человека. В трактате «О Граде Божием» (написанном ок. 413-426 гг.) воля определяется как природа, которая есть «дух жизни». Этот животворящий дух, по Августину, есть сам Бог, «дух во всех отношениях не сотворенный». Воля знаменует собой отношение, в котором она обретает свою сущность и качество. Она присуща Богу, поскольку Бог — Творец, т. е. Тот, Кто извечно находится в отношении с тем, что Он творит — с тварью, с произведением. Отношение воль есть сила, которая является внутренне присущей воле в качестве способности различения (силой воли), что является одним из оснований внутренне присущей Богу различенности на Персоны. Сила воли есть мера волевых расхождений.

В качестве Творца вселенной Бог предопределил иерархический порядок причин, определивших иерархический порядок вещей. Но идея предестинации, теснейшим образом связанная с идеей пред ведения (предзнания, или прогноза), отстаивается им в тесной связи с идеей свободы воли.

Так как предопределение тождественно предведению, или предзнанию, то для Августина утверждение об отсутствии свободы воли на том основании, что «Бог предузнал все, что имеет быть в нашей воле», не имеет смысла: «Нельзя сказать, что предузнавший это предузнал ничто», поскольку смысл познания в том, чтобы познавать нечто. Из этого Августин выводит силлогизм, свидетельствующий о наличии свободной человеческой воли, не противоречащей предестинации: «Если предузнавший, что имеет быть в нашей воле, предузнал не ничто, а нечто, то несомненно, что и при его предведении нечто в нашей воле есть. Поэтому мы нисколько не находим себя вынужденными ни отвергать свободу воли, допустив предведение Божие, ни отрицать (что нечестиво) в Боге предведение будущего, отвергая свободу воли. Мы принимаем и то и другое».

22

Расположения воли могут быть благими или злыми. Благие они тогда, когда человек направляет свою жизнь на благо. Это позволяет Августину поставить проблему того, что есть истинное бытие. Он полагает бытие как тождество жизни, мысли и блаженства. Стремление к блаженному бытию, по Августину, отличает христианского философа, поскольку любовь к мудрости означает любовь к Богу, ибо Он есть мудрость. Мудрость же есть знание, которое делает человека блаженным. Потому любое знание преломляется в сфере морального сознания, востребующего всю полноту человека. Мысль, ориентированная на постижение мудрости, т. е. Бога, подчиняет этой цели все человеческие действия, чем сообщает им моральный характер. Душа, достигшая предела благодатного познания с помощью правил, оказывается способной воспринять Божественную иллюминацию, то есть озарение, способствующее возникновению морального сознания, или совести. Она и есть основание, которое придает всеобще-необходимый характер суждениям человека. Совесть есть согласование двух правильностей: Божественного закона и человеческих моральных установлений. Мораль, таким образом, есть указатель определенного вида бытия: бытие есть, поскольку озарено Божественным светом, оно созерцает и любит.

Трактат «О свободе воли» является диалогом и входит в круг других диалогов св. Августина («О количестве души», «Обучителе», «Об обычаях католической церкви и манихеев» и др.). В качестве одного из действующих лиц диалога Августин реконструирует в свете новой для него веры собственный жизненный и интеллектуальный опыт, приспосабливая его для новых целей. Методологически он раздваивает предмет на линии proetcontra. «Горизонт, в который св. Августин стараетсяпоместить свое исследование в трактате «О свободе воли», — пишет Капитани, — является горизонтом человека веры, некоего верующего, но такого, кто хорошо знает технику философии, хочет воспользоваться ею, знает, как пользоваться ею и на какие проблемы она накладывается» 1.

Трактат состоит из трех книг. В первой, как и в «Граде Божием», снова анализируется проблема сущности зла и источника зла. Во второй речь идет об источнике права, которое наделило человека по свободному выбору возможностью творить как добро, так и зло. Проблема относится к пониманию действий Бога, или разумного обоснования веры. В третьей книге решаются богословские проблемы.

В результате анализа разных видов злодеяний (прелюбодеяния, убийства, святотатства и пр.) Августинделаетзаключение, что

23

все они являются злом в силу человеческих традиций и законов и было бы ошибкой искать в них сущность зла. Страстное желание, влечение ко злу не может быть сущностью зла, поскольку наряду с ним существует доброе влечение и желание. Гражданские законы, например, выступая регулятором социальных отношений и определителем зла, тем не менее ограничены моралью и высшим законом, который от Бога. Поэтому Бог справедлив, он не может быть творцом зла. Установив высший, естественный закон для универсума и человека, Он тем самым явил свое благо и мудрость. Благо и мудрость Его состоит в том, что Он исключил всякую реальность ниже и выше человека, которая вынуждала бы его подчиняться страстям, кроме самого человека, его личной воли, или свободного выбора волевого усилия, в силу наделенности человека разумом, способствующим осознанию личной воли.

Вторая проблема связана с доказательством бытия человека, связанная с сомнением как функцией человеческого разума. Выдвигая формулу «Я сомневаюсь, следовательно, я есть», Августин полагает, что сомнение указывает на очевидность моего бытия. Я есть, следовательно, я действительно существую (живу). Я живу, следовательно, разумом я точно знаю, что существую. Именно при помощи сомнения устанавливаются три очевидных реальности для меня: бытие, жизнь и мышление. Это подтверждают все органы чувств, внутреннее чувство и разум. Наш разум и чувства, опираясь на эти три очевидных реальности, указывают, что есть некий высший, нумерически единый и сущностью единственный объект — Бог. Бытие Бога с очевидностью усматривается в единстве и неизменности (целостности) Его существования. Таким образом, по Августину, человеку врождено знание о Нем, поскольку не укрыто от разума. Наше познание строится по иерархии благ и по законам красоты, которые, в свою очередь, соотносятся как законы чисел и исходят от неизменной и вечной Истины, которая есть Бог.

Воля является благом, как все, что дано Богом. Она является «средним» благом между личными и общими, внешними и внутренними, телесными и духовными благами.

Итак, в первой книге «О свободе воли» речь идет о воле как имманентно присущей человеку способности. Главная ее особенность состоит в том, что по мере того как в человеке увеличивается это внутреннее побуждение к благу или увеличивается желание блага и человек приближается к Истине Божией и становится более личностью, — он (человек) делается более свободным. Человек свободен не потому, что разумен и способен принимать решения по своему усмотрению, а потому, что волею своею возрастает как личность. Зло в сущности своей возникает в человеке от недостатка воли к благу или от несовершенства его веры. Как писал Августин в «Граде Божием», причина зла — не производящая, а изводящая. Злая воля — не восполнение, а убывание. Ее начало — в уклонении от высочайшего бытия.

24

Во второй книге речь идет о разумном познании по формуле credo ut intelligam. Вера рассматривается как первичная данность сознания, потому что человек мыслит бытие относительно всеобъемлющим. Последующие суждения выводятся из этой первичной данности и при анализе принимают характер достоверного факта. Философия имеет действительные основания в разуме и подтверждается опытом веры.

Помимо трактата «О свободе воли» ниже публикуются фрагменты трактата «Христианская наука», который Августин писал в 396-426 гг. Полный текст этого трактата был опубликован на русском языке в Киеве в 1835 г. Он состоит из вступления и четырех книг. Первая книга носит название «О предметах вообще, о главной цели Священного Писания и главном правиле к уразумению его», вторая — «О знаках и языке вообще, о качествах, необходимых для изъяснителя Священного Писания, и о препятствиях и пособиях к изъяснению оного», третья — «О двусмысленностях и темноте некоторых мест Священного Писания, о смысле собственном и иносказательном, о средствах к разумению того и другого, и о Гихониевых правилах изъяснения Священного Писания», и, наконец, «Книга четвертая, содержащая в себе наставления церковному оратору». Публикуемые фрагменты из второй и третьей книг касаются философии языка, они посвящены идеям знака, тропа, двузначности или двусмысленности слов и проистекающим из этих идей логическим возможностям или логическим ошибкам.

С. С. Неретина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *